▼ Анализ рисков и изменения по контракту с конкретным партнером:

▼ Анализ и изменения контракта по формальным рискам:

▼ Анализ и изменения контракта с учетом языковых особенностей:

▼ Примечания и/или сопроводительное письмо к контракту для партнера:

► Корректировка и объяснение контракта ВЭД для зарубежного партнера

НОВОСТИ И АНАЛИТИКА ПО СТРАНИЦЕ

Субсидиарная ответственность контролирующих лиц ком­паний может насту­пить в ходе банк­рот­ства компа­нии по причи­нам тех или иных дейст­вий или упу­щений (бездей­ствия) конт­роли­рую­щих лиц. Судеб­ный преце­дент такого рода отра­жен в поста­нов­ле­нии Девя­того арбит­раж­ного апел­ля­ци­он­ного суда от 13 фев­раля 2025 г. № 09АП-69017/2024 по делу № А40-282160/19. В крат­ком изло­жении обстоя­тель­ства этого дела в целях валют­ного регули­рова­ния и ответ­ст­вен­ности сле­дующие.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении АО "НПО "МИР" [долж­ника], Ива­нов И. И. [ФИО изме­нены]. в пери­од с 18.02.2019 по 18.10.2020 явля­лся гене­раль­ным дирек­тором долж­ника, а также с 26.02.2013 по насто­ящее время [фев­раль 2025 г.] явля­ется участ­ником (акцио­нером) долж­ника с раз­мером доли 100% акций.

Следовательно, Иванов И. И. является контролиру­ющим долж­ника лицом по смыслу поло­же­ний пун­кта 1 ста­тьи 61.10 Закона о банк­рот­стве, что не опро­вер­гает и апел­лянт в своей жалобе.

Привлекая к субсидиарной ответственности Иванова И. И., суд пер­вой инстан­ции уста­но­вил, что Ива­нов И. И. не проя­вил долж­ной добро­со­вест­но­сти при веде­нии хозяй­ст­вен­ной деятель­ности Долж­ника, без­дейст­вовал для защиты эконо­мичес­ких инте­ре­сов Долж­ника вслед­ствие чего АО "НПО "МИР" было при­вле­чено к админи­стра­тив­ной ответ­ст­вен­ности с назна­че­нием ему зна­чи­тель­ного штрафа в раз­мере 33 832 207,68 руб.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валют­ном регу­лиро­вании и валют­ном конт­роле» (далее – Закона о валют­ном конт­роле) уста­нов­лено, что при осу­щест­вле­нии внешне­тор­говой деятель­ности рези­денты, если иное не преду­смот­рено насто­ящим зако­ном, обя­заны в сроки, преду­смот­рен­ные внешне­торго­выми догово­рами (конт­рак­тами), обеспе­чить возв­рат в Россий­скую Феде­рацию денеж­ных средств, упла­ченных нерези­дентам за не вве­зен­ные в Россий­скую Феде­рацию (неполу­чен­ные на терри­тории Россий­ской Феде­рации) товары, невыпол­нен­ные работы, не ока­зан­ные услуги, непере­дан­ные инфор­мацию и резуль­таты интел­лек­ту­аль­ной деятель­ности, в том числе исклю­чи­тель­ные права на них.

Нарушение установленной обязанности влечет привле­че­ние лица к адми­ни­ст­ра­тив­ной ответ­ст­вен­но­сти, преду­смот­рен­ной час­тью 5 ста­тьи 15.25 Коде­кса Россий­ской Феде­рации об адми­нист­ратив­ных право­нару­ше­ниях (КоАП РФ).

Апеллянт не опровергает тот факт, что Ивано­вым И. И.. как руко­води­те­лем Долж­ника после нару­шения контр­аген­том – нерези­дентом усло­вий внешне­торго­вого конт­ракта не были пред­при­няты все необ­хо­димые меры по репат­риации денеж­ных средств. Доказа­тельств обрат­ного не пред­став­лено в мате­риалы дела.

При этом, согласно сложившейся судебной практики добросо­вест­ному руко­води­телю юриди­чес­кого лица для того чтобы избе­жать адми­нист­ратив­ного нака­зания по части 5 ста­тьи 15.25 КоАП РФ доста­точно органи­зовать претен­зион­ную работу, работу по изме­нению сро­ков испол­нения обяза­тельств путем направ­ления допол­нитель­ного согла­шения ино­ст­ран­ному контр­агенту.

Однако, Иванов И. И. не проявил должной добросо­вест­ности при веде­нии хозяй­ст­вен­ной дея­тель­ности Долж­ника, без­дейст­вовал для защиты эконо­мичес­ких инте­ресов Долж­ника вслед­ствие чего АО "НПО "МИР" было при­вле­чено к админи­стра­тив­ной ответ­ствен­ности с назна­че­нием ему значи­тель­ного штрафа в раз­мере 33 832 207,68 руб.

Суд также исходил из того, что бездейст­вие Ива­нова И. И. при­вело к нали­чию у Долж­ника значи­тель­ной деби­тор­ской задол­жен­ности в раз­мере 662 965 821,84 руб. (долж­ник компа­нии DMA Trans B.V.).

Все вышеперечисленные обстоятельства дела явно свиде­тель­ст­вуют о недо­бро­со­вест­но­сти в пове­дении лица контро­лиру­ющего долж­ника, что бес­спорно свиде­тель­ст­вует о нали­чии при­чин­но-­след­ст­вен­ной связи между дейст­виями (без­дейст­виями) конт­роли­рую­щего долж­ника лица и нега­тив­ными послед­стви­ями для его креди­торов.

Таким образом, с учетом преж­них преце­ден­тов, в судеб­ной прак­тике по валют­ным делам уже полу­чили отра­жение два вида юриди­чес­кой ответ­ствен­ности конт­роли­рую­щих лиц рос­сий­ских ком­паний:

• ответственность перед участниками (учреди­те­лями) ком­па­нии за убы­тки, уста­нов­лен­ная пунк­том 1 ста­тьи 53.1 Граж­дан­ского коде­кса РФ в слу­чае, если руко­во­ди­тель юри­ди­чес­кого лица дейст­во­вал недо­бро­со­ве­стно и нера­зумно;
  
  
• субсидиарная ответственность перед креди­то­рами компа­нии, исходя из пун­кта 1 ста­тьи 61.11 Феде­раль­ного закона РФ от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несо­стоя­тель­ности (банк­рот­стве)», если пол­ное пога­шение требо­ваний креди­торов невоз­можно вслед­ствие дейст­вий и (или) бездей­ствия конт­роли­рую­щего долж­ника лица.

Правовое бюро «Проект-ВС», правовой консал­тинг по репат­риа­ции валюты, импорт­ные конт­ракты, pvs.ru, 26.02.2025 г.